Власть в Афганистане всё сильнее концентрируется в руках пуштунов, которые составляют около 90% руководства «Талибана», в то время как их доля в населении страны не превышает 45%. Это приводит к вытеснению представителей других этносов – таджиков, узбеков и хазарейцев – с ключевых постов и создаёт риски для долгосрочной стабильности в стране.
Тенденция к моноэтническому управлению проявляется в систематическом отстранении командиров-непуштунов, которых арестовывают, разоружают или физически устраняют. Одним из самых резонансных случаев стало убийство влиятельного хазарейского командира Мавлави Махди Муджахида после его конфликта с центральным руководством из-за контроля над местными ресурсами. Аналогичным образом были арестованы узбекский командир Махдум Алам Раббани и таджикский командир Гулам Хусейн вместе с 350 его бойцами. Даже лояльные пуштунские командиры, чьё влияние угрожает иерархии, могут быть отстранены.
Этническая централизация подкрепляется финансовыми и экономическими решениями. Так, сокращение бюджета Минобороны в 2025 году, в результате которого было уволено более 4,4 тыс. сотрудников, непропорционально затронуло подразделения, связанные с командирами с севера страны, в частности из провинции Бадахшан. Контроль над прибыльной добычей полезных ископаемых также переходит к структурам, лояльным Кандагару. В Бадахшане для пресечения незаконной добычи были задействованы около тысячи силовиков, которые закрыли до 2 тыс. приисков и задержали людей, связанных с местными таджикскими лидерами.
Фактически верховный лидер «Талибана» Хайбатулла Ахундзада управляет страной из Кандагара, опираясь на узкий круг доверенных лиц и силовиков. Хотя отдельные непуштуны, как, например, начальник генштаба таджик Кари Фасихуддин Фитрат, сохраняют свои посты, стратегические решения принимаются централизованно. По данным Middle East Institute, из всего высшего и среднего звена руководства «Талибана» лишь 5,2% составляют таджики и около 3% – узбеки.
Подобная политика, обеспечивая лояльность в краткосрочной перспективе, подрывает единство страны. Уволенные бойцы, сохранившие оружие, боевой опыт и связи на местах, становятся лёгкой целью для вербовки со стороны оппозиционных, экстремистских или криминальных группировок. В ООН неоднократно заявляли, что отсутствие инклюзивного правительства остаётся главным препятствием для международного признания Афганистана.
