Как указывают в своем материале эксперты по геополитическим рискам Сурадж Ядав и Маниш Кумар Ядав, пока внимание мирового сообщества сосредоточено на конфликтах на Ближнем Востоке, в Южной Азии назревает новое масштабное противостояние. Линия Дюранда – граница, проведенная в 1893 году между эмиром Абдур-Рахманом и сэром Мортимером Дюрандом как буферная зона в «Большой игре» между Британской и Российской империями, – вновь становится очагом напряженности. Сегодня этот регион превращается в зону гибридной войны, где военные удары сочетаются с методами жесткого экономического принуждения.
Отношения между Исламабадом и Кабулом достигли критической точки из-за деятельности радикальных группировок, действующих с афганской территории. Основной угрозой безопасности стала организация «Техрик-е Талибан Пакистан», которая, по имеющимся оценкам, совершила около 600 нападений на пакистанские войска в 2025 году. Ситуация осложняется этническим фактором: более 30 миллионов пуштунов проживают по обе стороны границы, что позволяет боевикам легко пересекать рубежи. Несмотря на требования Исламабада, правительство талибов в Кабуле отрицает поддержку радикалов, ссылаясь на идеологическую близость и племенные связи, которые не позволяют им пойти на открытый конфликт с боевиками.
В ответ на неспособность Кабула обуздать группировки Пакистан перешел к тактике силового давления. С конца 2024 года ВВС страны регулярно наносят авиаудары по целям в афганских провинциях Хост и Пактика. Эти операции напоминают действия Турции против курдских формирований и призваны продемонстрировать готовность Исламабада действовать в одностороннем порядке. Однако такие шаги лишь провоцируют эскалацию: радикалы отвечают захватом заложников, а Кабул обвиняет соседа в прямом нарушении государственного суверенитета.
Экономические рычаги также стали инструментом борьбы. Пакистан, через который традиционно проходит большая часть афганского транзита, ввел жесткие торговые ограничения. В 2023 году Исламабад запретил экспорт более 200 наименований товаров и установил десятипроцентный сбор за транзит, чтобы ограничить контрабанду. В результате объем пакистанского экспорта в Афганистан сократился с 1,6 миллиарда долларов в 2024 году до 1,2 миллиарда в 2025 году. На ключевых переходах Торхам и Чаман из-за закрытия границ скапливаются тысячи грузовиков, что разрушает сложившиеся десятилетиями торговые сети.
Стратегия Пакистана по изоляции Кабула наталкивается на прагматизм других региональных игроков. Китай, Иран, Узбекистан и Катар развивают прямые отношения с талибами, что подрывает попытки Исламабада создать единый фронт давления. Одновременно с этим Афганистан стремится снизить зависимость от пакистанских портов, переориентируя торговые потоки на иранский порт Чабахар. Без восстановления дипломатического доверия и решения вопроса террористических убежищ Линия Дюранда останется зоной постоянной нестабильности, определяющей архитектуру безопасности во всей Южной Азии.
