Подписанное между Индией и Россией Соглашение о мобильности рабочей силы, создающее правовую основу для найма квалифицированных индийских специалистов – от IT-сектора до строительства и здравоохранения, – может стать началом новой главы в экономических отношениях двух стран. Этот шаг направлен на решение острейшего кадрового голода в России, однако он оставляет открытыми два ключевых вопроса: сможет ли «индийский поток» решить титанические трудовые проблемы Москвы и не станет ли он косвенной поддержкой ее военных усилий?
Россия столкнулась с серьезным и усугубляющимся дефицитом рабочей силы, вызванным демографическими проблемами, такими как старение населения и низкая рождаемость. Ситуация обострилась из-за продолжающегося конфликта на Украине, который привел к массовой мобилизации, оттоку квалифицированных специалистов и сокращению трудовой миграции из традиционных стран-партнеров. Это создало огромные пробелы в ключевых секторах экономики – от строительства и промышленности до информационных технологий, – что вынудило Москву активно искать новые источники рабочей силы, обратив взор на Индию.
Результаты соглашения не заставили себя ждать. По словам спецпредставителя президента РФ Бориса Титова, в 2026 году в Россию ожидается прибытие не менее 40 тысяч индийских рабочих. В то же время посол Индии в Москве Винай Кумар сообщал, что уже к концу 2025 года в стране работали от 70 до 80 тысяч его сограждан. Само соглашение предусматривает квоту на более чем 70 тысяч человек на 2026 год. Медиа в Центральной Азии, в частности азербайджанский портал News.az, уже отметили эту тенденцию в статье под заголовком «Как Индия заменяет мигрантов из Центральной Азии в России», указывая на резкий рост числа прибывших с 2023 года.
Для индийских рабочих Россия предлагает заработные платы, которые часто превышают доходы на родине, а также относительно доступные каналы трудоустройства. Например, как сообщало российское издание «Фонтанка», индийские рабочие, убирающие улицы Санкт-Петербурга, получали около 100 000 рублей в месяц, бесплатное жилье и питание. Как анонимно пояснил один индийский дипломат, это выгодно обеим сторонам: «России нужны рабочие, а Индии – экспортировать безработицу».
Однако эксперты указывают на серьезные вызовы, главным из которых является языковой барьер. Российский экономист Игорь Липсиц в беседе с Deutsche Welle (DW) отметил, что без знания русского языка мигранты могут быть задействованы только на самых простых работах. Его коллега Андрей Яковлев также сомневается, что индийские рабочие смогут решить проблему нехватки именно квалифицированных кадров, а не дворников. Он считает нынешний приток «пробным прогоном», чтобы понять, подходят ли эти люди для российской экономики.
Самый острый и болезненный аспект этой миграции – риск вовлечения индийских граждан в военные действия на Украине. Официальное соглашение было необходимо, чтобы упорядочить миграцию, которая ранее происходила «неформально и хаотично», часто делая людей жертвами мошенничества. Поступали сообщения о случаях, когда индийцы подписывали контракты с российской армией под ложным предлогом и отправлялись на фронт. По официальным данным МИД Индии, в ряды российских вооруженных сил было завербовано 202 индийских гражданина; 26 из них погибли, 7 числятся пропавшими без вести. Правительство Индии прилагает усилия для их возвращения на родину.
Несмотря на то, что индо-российские отношения, определяемые как «особое и привилегированное стратегическое партнерство», остаются краеугольным камнем внешней политики Индии, ситуация с вербовкой граждан вызывает серьезную озабоченность. Хотя некоторые эксперты, как, например, аналитик Амарджива Лочан, считают опасения преувеличенными, утверждая, что Россия не будет тратить ресурсы на обучение неподготовленных индийцев, факты гибели людей говорят об обратном. Этот новый трудовой мост между двумя странами, построенный на фоне глобальной напряженности и экономических трудностей, несет в себе не только возможности, но и смертельные риски.
