Визит премьер-министра Нарендры Моди в Израиль, состоявшийся за два дня до начала полномасштабного военного конфликта с участием США и Ирана, обозначил глубокую трансформацию внешней политики Нью-Дели. Реакция индийских властей на последующие события подтвердила фактический отказ от традиционного курса на стратегическую автономию в пользу тесного военно-технического альянса с Тель-Авивом. Официальный Дели воздержался от осуждения ликвидации аятоллы Хомейни, осуществленной в ходе совместных ударов американских и израильских сил. Лидер оппозиционной партии «Индийский национальный конгресс» Соня Ганди назвала это молчание не нейтралитетом, а потерей субъектности, поставившей под вопрос авторитет индийской дипломатии на мировой арене.
Очередным этапом кризиса стала гибель иранского военного корабля IRIS Dena в Индийском океане. Судно, ранее принимавшее участие в организованных Индией маневрах MILAN, было торпедировано американской подводной лодкой вблизи берегов Шри-Ланки. Несмотря на гибель 87 моряков и инцидент в непосредственной близости от своих границ, Дели сохранил стратегическое молчание. Тегеран при этом проявил сдержанность, не препятствуя проходу индийских торговых судов через перекрытый Ормузский пролив. В ходе телефонного разговора 12 марта президент Ирана Масуд Пезешкиан призвал Нарендру Моди как председателя БРИКС выступить с осуждением агрессии, однако Нью-Дели ограничился призывами к деэскалации, избегая официальных заявлений от лица межгосударственного объединения.
Сближение с Израилем во многом обусловлено итогами столкновения с Пакистаном в мае 2025 года. Успехи Исламабада на поле боя, обеспеченные технологическим преимуществом и разведывательной поддержкой со стороны Китая, вынудили индийское руководство пересмотреть оборонные приоритеты. Поиск партнера, способного предоставить передовые системы ведения войны, привел к укреплению связей с Тель-Авивом. Отношения, десятилетиями остававшиеся непубличными из-за рисков в отношениях с арабскими монархиями, вышли на новый уровень прозрачности. Этому способствовало подписание «Авраамовых соглашений», позволивших странам Персидского залива сменить идеологические установки на экономический прагматизм, что открыло для Индии пространство для маневра.
В ходе встречи Нарендры Моди и Биньямина Нетаньяху стороны подписали серию меморандумов о сотрудничестве в области искусственного интеллекта, кибербезопасности, квантовых вычислений и полупроводников. Технологическая интеграция рассматривается как основа индийской стратегии самодостаточности «Атманирбхар Бхарат 2047». Появление сообщений об использовании алгоритмов ИИ в операциях против иранского руководства лишь подчеркивает растущее значение высокотехнологичного партнерства в условиях изменения мирового порядка.
Внутренняя ситуация в Индии при этом остается напряженной. Массовые протесты против нового внешнеполитического курса прошли в штатах Джамму и Кашмир, Уттар-Прадеш, Махараштра и в самой столице. Игнорирование настроений 170-миллионной мусульманской общины указывает на существенный сдвиг в политике страны, которая ранее стремилась следовать морально-этическим принципам в международных делах. На этом фоне Пакистан предложил свои услуги в качестве посредника в конфликте, что вызвало резкое неприятие в Нью-Дели. Глава индийского МИД Субраманьям Джайшанкар в жесткой форме отверг инициативу Исламабада, однако аналитики отмечают, что текущий крен в сторону Вашингтона и Тель-Авива может привести к окончательной эрозии суверенитета Индии как независимого глобального игрока.
