Loading . . .

Китай и Пакистан усиливают флот: новые подводные лодки меняют баланс в регионе

Президент Пакистана Асиф Али Зардари посетил город Санья на китайском острове Хайнань для участия в церемонии передачи военно-морским силам страны головной подводной лодки класса «Хангор». Об этом первым сообщило издание Policy Wire. Визит главы государства на южную оконечность острова подчеркивает завершение первого этапа реализации самого масштабного в истории КНР экспортного оборонного контракта. Соглашение было подписано еще в апреле 2015 года во время государственного визита председателя КНР Си Цзиньпина в Исламабад.

Современная черная подводная лодка у причала военно-морской базы на фоне моря и тропического берега

Общая стоимость программы по строительству восьми субмарин оценивается в сумму от четырех до пяти миллиардов долларов. Согласно договору, четыре корабля строятся в Китае, а остальные четыре будут собраны на верфях в Карачи в рамках программы передачи технологий. Хотя первоначальный график предусматривал сдачу первых единиц в 2022 году, головное судно было спущено на воду в Ухане лишь в апреле 2024 года. К настоящему моменту четыре лодки китайской постройки успешно завершили программу морских испытаний.

Название серии имеет принципиальное значение для истории пакистанского флота. Оригинальная подводная лодка «Хангор» французской постройки в декабре 1971 года потопила индийский фрегат «Кукри» в Аравийском море. Тот эпизод остается единственным случаем успешной атаки субмарины на надводный корабль в военной истории региона. Возрождение этого имени указывает на стратегические задачи новых судов – обеспечение эффективного сдерживания и способности действовать в акваториях, которые оппоненты могут считать зоной своего доминирования.

Подводные лодки длиной 76 метров и водоизмещением около 2800 тонн оснащены воздухонезависимой энергетической установкой. Эта система позволяет кораблям находиться в автономном походе до 65 суток без необходимости всплытия, что существенно затрудняет их обнаружение средствами противолодочной обороны. Официально состав вооружения не раскрывается, однако профильные аналитики указывают на наличие шести торпедных аппаратов и адаптацию систем под крылатые ракеты «Бабур-3». Эти ракеты, способные нести ядерный заряд, имеют дальность поражения до 450 километров, что фактически формирует морской компонент сил ядерного сдерживания страны.

Военно-техническое взаимодействие Пекина и Исламабада приобрело стратегический масштаб. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), в период с 2020 по 2024 год на Пакистан пришлось более 60% всего объема китайского экспорта вооружений. Это сотрудничество стало фундаментом для более широкого партнерства. Китай инвестировал более 65 миллиардов долларов в проекты Китайско-пакистанского экономического коридора (CPEC), включая развитие глубоководного порта Гвадар. Этот узел обеспечивает Пекину альтернативный маршрут поставок энергоносителей в обход Малаккского пролива.

Китайское руководство неоднократно отмечало вклад пакистанских сил безопасности в борьбу с региональным терроризмом, что критически важно для защиты совместных инвестиций. Несмотря на экономические трудности прошлых лет, Пакистан при поддержке программы финансовой стабилизации МВФ объемом семь миллиардов долларов продолжает модернизацию своей оборонной инфраструктуры. Перенос производства оставшихся четырех лодок на верфи в Карачи к 2028 году позволит пакистанским инженерам освоить полный цикл строительства современных дизель-электрических субмарин.

Ввод в строй PNS «Hangor» знаменует собой трансформацию архитектуры безопасности в Южной Азии. Китай не просто поставил военную технику, а обеспечил создание флота, способного изменить расстановку сил в Аравийском море. Это партнерство, проверенное временем и подкрепленное общими экономическими интересами, выводит отношения двух стран на уровень глубокой технологической и доктринальной интеграции.