В своей новой аналитической статье для Observer Research Foundation эксперты Адитья Говдара Шивамурти и Удити Лунават рассматривают, как китайская Глобальная инициатива в области безопасности (ГИБ) меняет геополитический ландшафт Южной Азии. Пекин активно продвигает эту концепцию, стремясь укрепить свою позицию в вопросах контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. ГИБ служит своего рода «зонтичным» брендом, объединяющим разрозненные практики Китая в сфере безопасности в единую и узнаваемую стратегию. Этот процесс особенно заметен в Южной Азии, где он ставит под сомнение региональное лидерство Индии и усложняет ее усилия по обеспечению стабильности.
Впервые озвученная председателем Си Цзиньпином в 2022 году, ГИБ представляет собой стремление Китая к формированию миропорядка под своим лидерством. Инициатива позиционируется как альтернатива устаревшим, по мнению Пекина, западным альянсам, основанным на вмешательстве во внутренние дела. Ключевые концепции ГИБ – это «неделимая безопасность», отказ от блоковой политики и уважение суверенитета. На практике это не столько договорная система, сколько механизм для consolidации уже существующего сотрудничества в области правопорядка, внутренней безопасности и полицейской деятельности, например, через Глобальный форум сотрудничества в области общественной безопасности (GPSCF).
Страны Южной Азии – Пакистан, Шри-Ланка, Бангладеш и Мальдивы – активно присоединяются к китайской инициативе, и на это есть три основные причины. Во-первых, они остро нуждаются в модернизации оборонного сектора, а Китай предлагает современные вооружения и технологии без политических условий, которые часто выдвигает Запад. Для Пакистана военное сотрудничество с Китаем является гарантией против Индии, тогда как для Бангладеш, Шри-Ланки и Мальдив – это сочетание масштаба и скорости поставок. Во-вторых, взаимодействие с Пекином позволяет этим странам диверсифицировать внешние связи и уравновесить подавляющее влияние Индии, исторически являющейся главным гарантом безопасности в регионе. В-третьих, важную роль играют внутриполитические факторы. Сотрудничество с Индией нередко вызывает обвинения во вмешательстве в суверенитет, как это было видно на примере кампании India Out на Мальдивах. В таких условиях выбор внешних партнеров часто зависит от правящего режима.
Для Китая продвижение ГИБ является естественным шагом для институционализации своего растущего влияния. Это помогает Пекину legitimизировать свое лидерство и бросить вызов региональной архитектуре безопасности, выстроенной Индией. Примечательно, что реализация инициативы происходит не через новые проекты, а путем углубления уже существующих оборонных связей. Пакистан остается наиболее интегрированным партнером с совместным производством и высоким уровнем interoperability войск. Бангладеш перешел от простых закупок к infrastrukturно-связанному сотрудничеству – в 2023 году Китай завершил строительство первой в стране базы подводных лодок. Мальдивы при президенте Муиззу подписали первое соглашение о военной помощи с Китаем, которое включает поставки нелетального оружия и бесплатное обучение.
Помимо прямых военных поставок, Китай укрепляет свое присутствие через проекты инициативы «Пояс и путь» (BRI). Инфраструктура двойного назначения, такая как порты в Гвадаре, Хамбантоте и Сонадии, размывает границу между коммерческой и военной деятельностью. Эти объекты, наряду с соглашениями о доступе в порты и сотрудничестве в области морского наблюдения, позволяют Китаю лучше освоить операционную обстановку в Индийском океанском регионе даже без formalных соглашений о безопасности.
ГИБ также напрямую бросает вызов существующим региональным структурам, таким как возглавляемый Индией Коломбский конклав безопасности. Участие стран Южной Азии в форумах, организованных Китаем, нормализует роль Пекина как организатора диалога по безопасности и приближает его к созданию порядка под своей эгидой. Соседние с Индией государства могут использовать китайский фактор для получения уступок и ресурсов от Нью-Дели, меняя динамику регионального лидерства.
Таким образом, Глобальная инициатива в области безопасности представляет собой серьезный вызов для архитектуры безопасности, возглавляемой Индией. Для стран Южной Азии это прагматичный расчет, а для Китая – естественное продолжение многолетнего сотрудничества. В конечном счете, влияние ГИБ будет измеряться не громкими декларациями, а тихим, но неуклонным углублением практического взаимодействия в сфере безопасности.
